Ордынский период

Русские летописи очень скупо освещают ордынский период в нашем крае. В них отмечается, что в 1319 году в Орде, при впадении реки Дон в Сурожское море, князь Михаил Тверской встретился с сыном своим Константином. В 1380 году при впадении в реку Дон реки Непрядвы Дмитрий Донской разбил Мамая. В том же году на реке Калке Тохтамыш разбил Мамая. В 1464 году на Дону остановился царь Ахмат, шедший на Русь, и был разбит Азигиреем. Через Дон в 1480 году шел на Русь царь Ахмат. В 1500 году по Мече и Дону, через Азов шло Московское посольство в Кафу [1].

На этом и закончился интерес русских летописцев к донецким и донским степям.

Давайте дополним летописные сведения, обратившись к другим источникам.

1. Возвращение монголов в донскую и донецкую степи

У Чингисхана было четверо сыновей от главной жены: Джучи, Чагатай, Угэдей и Тулуй. Старшему сыну, Джучи, достались самые дальние на запад от Монголии земли. Центром этих владений стал Дешт-и-Кыпчак. Однако при жизни Джучи, он контролировал лишь часть этих территорий, так как большую часть земель еще предстояло завоевать.

Курултаи 1229 и 1235 годов обсуждали поход на юго-восток Европы. В 1236 году завоевание началось. Командовал походом сын Джучи, Бату, а его помощником стал Субэдей, известный по битве при Калке. За несколько лет монголы захватили Дешт-и-Кыпчак, Булгар с окрестностями, Крым и Кавказ до Дербента.

В 1238 году пали Рязанское и Владимирское княжества, а в 1240 году – Киев. После взятия Киева Бату открыл путь на запад. В 1240-1242 годах его войска разорили Польшу, Венгрию и Далмацию. Однако удержать эти земли Бату не смог и в 1242-1243 годах вернулся через Валахию и Молдавию в Половецкую степь [2].

Ан-Нувайри рассказал о попытке половцев заключить союз с валашским правителем в 1242–1243 годах. Половцы, узнав о готовящемся нападении татар, связались с Унус-ханом, правителем Валахии. Они просили его укрыть их от врага и предложили переправиться через Черное море. Валашский князь согласился и выделил им долину между двумя горами для поселения.

Однако когда половцы обосновались на новом месте, Унус-хан нарушил свое обещание. Он напал на них, многих изгнал, а остальных взял в плен [3, с. 542].

После монгольских походов на обширных землях Дешт-и-Кыпчака и соседних областей возникло мощное государство, известное в восточных источниках как Улус Джучи, или Синяя Орда. В русских летописях его называли Золотой Ордой, но до сих пор неизвестно, откуда взялось это название.

Бату и его преемники сделали Поволжье центром Улуса Джучи. Они много усилий приложили, чтобы поднять экономику правого и левого берегов Волги. Особое внимание Бату уделил возрождению городов и торговли, которые приносили его казне значительные доходы.

Как писал Киракос, к Бату стали стекаться цари, князья, купцы и все, кто искал справедливости. Он по справедливости возвращал им вотчины и княжества, выдавал ярлыки, и никто не осмеливался противиться его воле [4, с. 74].

Существует ошибочное мнение, что в Дешт-и-Кыпчак после монгольских завоеваний пришло много монголов (татар) и они преобладали среди кочевого населения. На самом деле, хотя в Улус Джучи переехало немало монголов с семьями и имуществом, в первую очередь со скотом, это было связано с завоеванием, а не с переселением. Основная масса монголов оставалась в Монголии. Поэтому говорить о монголизации завоеванных территорий, в частности Дешт-и-Кыпчака, не приходится.

В XIV веке в Улусе Джучи (Золотой Орде) сформировался литературный язык, который был тюркским, а не монгольским. В нём присутствовали элементы кыпчакских и огузских диалектов, распространённых в низовьях Сырдарьи и Хорезме.

Однако в городах Золотой Орды, даже в Нижнем Поволжье, тюркские народы не были преобладающей группой.

История показывает, что от монголов (или татар) осталось только имя, но не их язык. В Дешт-и-Кыпчаке в XV веке на монгольском языке, вероятно, уже мало кто говорил. Даже официальные документы ханов, известные как Золотоордынские ханские ярлыки, были написаны на среднеазиатско-тюркском литературном языке XIV века (ярлык Тохтамыш-хана 1382 года) или на «местном кыпчакском языке» (ярлык Тохтамыш-хана 1393 года).

2. Река Миюш – естественная граница между кочевьями Мауци и Картана

В книге Р. Ю. Почекаева «Цари ордынские. Биографии ханов и правителей Золотой Орды» представлены карты А. А. Астайкина, которые показывают Монгольскую империю в разные исторические периоды.

Первая карта охватывает западные территории монгольского государства в 1242–1265 годах. На ней изображена река Северский Донец как граница между кочевьями Мауци и Картана. Также на карте отмечены маршруты путешествий Плано Карпини в 1246–1247 годах и Гильома де Рубрука в 1253 году через эти земли [5, с. 24-25].

Земли между Днепром и Доном входили в третий улус Золотой Орды. Плано Карпини писал, что беком этого улуса был Мауци, известный в русских летописях как Могучий. Он был сыном Чагатая и двоюродным братом Батыя. Позже этот улус стали называть Крымским, по имени его административного центра – города Крым [6, с. 70].

На востоке вдоль реки Дон располагался улус Картана, зятя хана Батыя. За Волгой находился улус самого хана. В XV веке этот столичный улус называли «большой улус» или «Улуг Улус», то есть главный в Золотой Орде. Его также именовали «большая Орда» или «Улуг Орда» [5, с. 184-185].

Плано Карпини пишет: «Ехали же мы через всю страну Команов, представляющую собой сплошную равнину и имеющую четыре большие реки: первую – Днепр (Neper), возле которой, со стороны Руссии, кочевал Коренца, а с другой стороны по тамошним степям кочевал Мауци, который выше Коренцы; вторую – Дон, у которой кочует некий князь по имени Картан, женатый на сестре Бату» [6, с. 70].

Кто такой Мауци? В летописи о поездке Данила Галицкого к Бату говорится, что причиной визита стало требование Могучего отдать Галичину. М. Г. Сафаргалиев считает, что Мауци и Мувал – одно лицо. Он объясняет разночтение Мовал тем, что Рукн ад-Дин Бейбарс и ан-Нувейри называют его Мувалом, а ал-Айни – Моголом. В. В. Трепавлов полагает, что Мауци не принадлежал к Чингизидам.

Однако Р. Ю. Почекаев, ссылаясь на Рашид ад-Дина, утверждает, что Мауци был сыном Чагатая. Среди детей Чагатая только Мутуген и Муджи Яя могли бы подойти по созвучию имени, но первый погиб еще при жизни деда [7, с. 76, 156].

Наблюдения Рубрука описывают административную систему государства в общих чертах. Он пишет: «Они поделили между собой Скифию от Дуная до восхода солнца. Каждый начальник знает, сколько людей находится в его подчинении, границы своих пастбищ и где пасти стада зимой, летом, весной и осенью. Зимой они отправляются на юг в более теплые края, а летом поднимаются на север, где прохладнее» [6, с. 91].

Территория между Днепром и Доном, которую Муджи Яя получил в улус, до конца XIII века несколько раз меняла владельцев. В 1267 году её получил Уранг-Тимур, сын хана Монгке-Тимура. С 1269 года до своей смерти в 1279 году здесь правил сельджукский принц Иззеддин Кейкаус. Монголы получили его от византийского императора Михаила VIII Палеолога во время набега на Константинополь в 1268 году [8].

3. Река Миюш – граница между ордой Ногая и Сарайской ордой, 1265-1300 гг.

На карте А. Астайкиной «Орда Ногая и Сарайская орда» река Миюш, хоть и не обозначена напрямую, служила границей между этими образованиями [5, с. 56-57].

Рашид ад-Дин описывает Ногая как талантливого полководца и проницательного политика. Он предпочитал роль «делателя королей» и теневого лидера, избегая прямого контроля над Ордой. Ногай активно поддерживал монгольские традиции и гордился своим происхождением. Он служил нескольким ханам Золотой Орды: Берке, Менгу-Тимуру, Туда-Менгу, Талабуге и Тохте [9].

Хотя Ногай никогда не занимал официальный пост правителя Золотой Орды, он фактически был её соправителем вместе с действующим ханом и контролировал обширные территории к западу и востоку от Днепра. На пике своего влияния Ногай стал одной из самых влиятельных фигур в Европе, и многие считали его истинным главой Орды. Русские летописцы называли его царём, а францисканские миссионеры в Крыму говорили о нём как о соправителе. В конце жизни он расширил свои владения до реки Дон [9].

Ключевая битва между Ногаем и Тохтой развернулась в 1297(1298) году в районе реки Дон, вблизи современного Новочеркасска. Схватка шла на границе владений Западного крыла Улуса Джучи и его центра. В сражении участвовали около 350 тысяч воинов. Армия Тохты потерпела поражение, но сам он сумел спастись бегством. Ногай, не став преследовать его, довольствовался богатой добычей.

Однако опьянение от успеха вскоре затмило разум Ногая. Сначала от него отошли три брата – Абаджи, Йанджи и Караджин. Они были обижены несправедливым разделом добычи. Но братья не успели покинуть его лагерь: их обманом вернули и убили.

В 1298 году Ногай вторгся в Крым, чтобы отомстить за своего племянника Ак-таджи, которого убили местные жители во время сбора налогов. В этом походе он вновь обошёл Маджара, сына Шибана, лишив его доли добычи. Маджар со своими эмирами присоединился к Тохте. Вскоре большая часть элиты последовала его примеру, что значительно ослабило позиции Ногая.

В 1299–1300 годах Тохта, собрав войско вдвое больше, чем у Ногая, начал наступление на его владения. Основное сражение произошло в Куканлыке, на левобережье Днепра, где находился юрт Ногая. Битва длилась весь день и закончилась сокрушительным поражением для Ногая. Один из солдат армии Тохты взял его в плен и отрубил голову [10].

4. Улус Азак

Возникновению Азака предшествовал короткий предгородской период, когда люди активно переселялись в низовья Дона. В то время будущий город не выделялся среди других поселений. Город начал расти в 1270–1290 годах, но особенно активно – при правлении Токты. В этот период была полностью застроена территория городского центра. Узбеку достался уже сформировавшийся город, но его расширение и благоустройство продолжались и при нём. Азак возник не вокруг ставок кочевых аристократов. Аристократические усадьбы появились довольно поздно и занимали периферийное положение. Впервые десятилетия существования города выходцы из степи были почти незаметны. Монетное обращение появилось не сразу и распространилось далеко не мгновенно [11].

Азак в золотоордынский период был одним из самых значимых портов и торговых центров Золотой Орды. Купцы со всего мира стремились сюда из-за выгодного расположения на побережье. Природа словно сама выбрала это место для портового центра. В городе развивались ремесла, такие как гончарное и чугунное производство, а его окрестности обеспечивали жителей и торговцев сельскохозяйственной продукцией и рыбой [12].

Однако Азак был важен не только как торговый центр, но и как «ворота» из Европы в Азию на Великом Шелковом пути. Здесь начиналась «степная ветка» этого континентального маршрута. В своем труде «Практика торговли» (1310–1340-е гг.) флорентиец Франческо Балдуччи Пеголотти описывал оптимальный торговый маршрут, начиная именно с Азака (Таны), где можно было нанять переводчика и охрану [13].

Азак привлекал множество иностранных торговцев, что привело к появлению здесь армянских, греческих и итальянских диаспор. Первые венецианские и генуэзские купцы появились в Приазовье в 1260-х годах, а в 1310-х годах здесь стихийно возникли их торговые фактории. В 1332 году хан Узбек выдал венецианцам ярлык на владение участком земли в Азаке, что положило начало венецианскому владению Тана, ставшему центром венецианских торговых поселений в Приазовье и Причерноморье [14].

Значение Азака в международных отношениях проявилось и в создании католической епархии в 1300 году. Этот шаг был настолько важен для церкви, что в середине XIV века митрополиты в Сарае и Матреге вступили в конфликт за контроль над ней. Конфликт длился несколько лет (1358–1363) и привлек внимание самого папы Урбана V [15].

Статус Азака как порта и транзитного центра отразился на его правовом положении. Анализ средневековых правовых памятников и других источников позволяет предположить, что в течение большей части XIV века Азак был центром автономного улуса в Орде.

Начало Азакского улуса связано с административной реформой хана Узбека, проведенной в 1320–1330-х годах. Эта реформа привела к созданию крупных административно-территориальных единиц – улусов. В средневековой арабской историографии эти единицы назывались «округами», и среди них упоминался Азак.

Египетский энциклопедист XV века ал-Калкашанди, ссылаясь на арабского автора Абу-л-Фида, упоминал Азак наравне с такими крупными золотоордынскими областями, как Хорезм, Дешт-и Кипчак, Крым, Болгар. Он также отмечал, что в состав Азакского «округа» входили города Керчь и Тамань [16].

Попытки Азака играть самостоятельную роль во времена смуты в Золотой Орде закончились трагически. В 1362 году город разгромил Мамай, поддержавший хана Абдаллаха против узурпатора Кильдибека. Азак выступил на стороне последнего, но потерпел поражение. В 1370 году после смерти Абдаллаха и прихода к власти нового ставленника Мамая, хана Мухаммада, Азак вновь подвергся нападению. С этого времени город утратил статус улуса и попал под контроль крымских наместников, поддерживаемых Мамаем. Именно с ним вели переговоры итальянские торговые республики о налоговых льготах.

Экономические трудности также повлияли на судьбу Азака. Кризис сделал его менее значимым центром транзитной торговли между Востоком и Западом. Город сосредоточился на торговле местной рыбой и тканями, а чеканка монеты и металлургическое производство прекратились. Венецианские купцы, активно работавшие в Азаке во время смуты, начали массово покидать его к началу 1370-х годов [17].

Мамай упустил момент, когда хан Токтамыш с триумфом захватил Сарай. Быстро двинувшись к владениям бекляри-бека, Токтамыш взял Хаджи-Тархан. Обеспокоенный Мамай отказался от планов наказать русских мятежников и выступил навстречу врагу во главе всех своих сил. Войска сошлись на берегу реки Калки – там, где в 1223 году русские впервые столкнулись с монголами.

Токтамыш заранее пытался привлечь сторонников Мамая на свою сторону. Весной 1380 года он отправил ярлык Хаджи-беку, кыркерскому даруге, своему ближайшему соратнику Мамая. В ярлыке Токтамыш даровал Хаджи-беку и его племени сюткель налоговые льготы. Вероятно, Хаджи-бек убедил других эмиров Мамая присоединиться к Токтамышу. В битве на Калке, когда Токтамыш начал атаку, почти все войско бекляри-бека спешилось и присягнуло потомку Туга-Тимура.

Русские летописцы записали: «Тахтамышъ шедъ взя орду Мамаеву, и царицю его, и казны его, и улусъ весь поима, а богатьство Мамаево раздѣли дружинѣ своей» [18].

Попытки вернуть Азаку статус важного торгового центра были предприняты при хане Токтамыше. Он восстановил договоры с Венецией и Генуей, уделял внимание развитию торговли и начал чеканку монеты. В его противостоянии с Амиром Тимуром участвовали «войска Азака». Токтамыш, вероятно, стремился вернуть городу статус улуса.

Амир Тимур, разрушая торговые пути Золотой Орды, сознательно разорил Азак. В его ярлыке говорилось: «Мусульман отпустить, неверных убить!» [19]. Тимур преследовал не только религиозные, но и политические цели. Он хотел запугать западных торговцев и лишить их интереса к региону.

Разгром Азака в 1395 году стал концом его истории как золотоордынского города и центра автономного улуса. Оседлое население покидало город, а тюрки переходили к полукочевому образу жизни.

Однако итальянские торговцы стремились сохранить Азак как «окно» между Европой и Азией. Уже в 1397 году они начали возвращаться в город, а в 1400 году венецианский посол возобновил переговоры с ордынскими властями о восстановлении фактории [20].

5. Владения разных ханов, 1396-1437 гг.

На карте А. А. Астайкина «Золотая Орда в 1396-1437 гг.» показано, что наш край входил во владения хана Тимур-Кутлуга и в 1399 году был местом сбора войск Едигея для похода на Литву [5]. Такое утверждение противоречит историческим фактам.

В 1391 году на берегах реки Кондурча, притока Соки армия Тимура разгромила Тохтамыша. Сам Тохтамыш бежал с небольшой свитой. Победители захватили огромную добычу. В отличие от принципов Чингисхана Тимур не пытался преследовать Тохтамыша за Волгой, по-видимому, больше не считая его опасным. Однако он согласился позволить двум значительным вождям из улуса Джучи, которые были с ним против Тохтамыша – князю Тимур-Кутлугу (внуку Урус-хана) и эмиру Едигею – покинуть его и отправиться в Кипчак. В этот период ничего не известно о деятельности Тимур-Кутлуга и Едигея [21].

В Золотой Орде опять началась смута. Большая часть монгольской знати объявила Тимур-Кутлуга новым ханом. Едигей стал соправителем. Оба направили послов к Тимуру, чтобы принести ему заверения в вассальной верности. Тем временем Тохтамыш во главе нескольких тысяч воинов, сохранивших к нему лояльность, поскакал в Киев и попросил великого князя Витовта помочь ему сохранить трон. Тимур-Кутлуг тоже прислал туда послов с требованием выдать Тохтамыша [22].

Зимой 1397-98 годов Витовт повел свою армию вниз по Днепру и достиг побережья Черного моря. Местные татарские орды, встреченные им на своем пути, не оказали сколько-нибудь серьезного сопротивления. Весьма вероятно, что они не симпатизировали ханскому правительству (Тохтамыш еще оставался в то время ханом). Тысячи из них сдавались и их расселяли в районе Тракая. В то время Витовт вряд ли ожидал оказаться способным сокрушить монголов. Но гражданская война и просьба Тохтамыша о помощи изменили всю картину. Теперь Витовт мог надеяться, используя Тохтамыша как марионеточного хана, установить свой сюзеренитет над всей Золотой Ордой.

Правители Золотой Орды тоже хорошо подготовились к войне. Вместо того, чтобы ждать врага глубоко в степях Тимур-Кутлуг и Едигей решили продвинуться к среднему течению Днепра в киевском направлении. В начале августа 1399 года две враждующие армии встретились на берегах Ворсклы (приток Днепра) [23].

Согласно Никоновской летописи, хан Тимур-Кутлуг предлагал Витовту заключить соглашение, а не воевать. Витовт потребовал, чтобы хан признал себя его вассалом, и имя Витовта появилось на монетах Золотой Орды. Едигей от лица Тимур-Кутлуга отверг требования Витовта и, в свою очередь, потребовал, чтобы его тамгу (герб рода) чеканили на литовских монетах [24].

Теперь единственным выходом стала война. Яростная битва свирепствовала несколько часов. Войска Витовта были, казалось, на пороге победы над монгольской армией под командованием Едигея, когда резервные отряды Тимур-Кутлуга атаковали литовцев с тыла. Татары Тохтамыша первыми приняли бой, и скоро вся армия Витовта была смята. Самому Витовту с небольшой свитой удалось спастись.

Даже после этой катастрофы Тохтамыш не оставил своих попыток вернуть власть в кипчакских степях. Тохтамыш вернулся в степи с небольшим отрядом верных единомышленников и начал против Едигея партизанскую войну. После поражений в нескольких столкновениях, он ушел на восток и нашел пристанище в Тюмени в западной Сибири [25].

Едигей принадлежал к древней монгольской семье рода Белых мангкытов (Ак-Мангкыт). Мангкыты составляли ядро Ногайской Орды. Их поддержка серьезно помогла Едигею при захвате власти в Золотой Орде – как и Ногаю примерно 130 лет назад. Однако положение Едигея было сложнее, чем положение Ногая, поскольку он не являлся Чингисидом. Единственным для него выходом было управлять через марионеточных ханов. Сам он вынужден был удовлетвориться титулом эмира. Тимур-Кутлуг, первый хан, которого он посадил на трон, был пьяницей и умер в 1400. Затем с одобрения Едигея ханом избрали его двоюродного брата Шадибека. Согласно персидскому историку Муин ад-дин Натанзи, Шадибек всю свою жизнь проводил в пирах и удовольствиях [25].

Интересным аспектом политики Едигея была попытка прекратить торговлю рабами-тюрками. Еще до монгольского нашествия половецких детей продавали в Египет, где их готовили для отрядов мамлюков. Эта практика сохранялась в конце тринадцатого века и весь четырнадцатый. Теперь, согласно аль-Макризи, Едигей запретил «татарам» продавать своих детей в рабство за границу. Под татарами Макризи, судя по всему, имеет в виду не только половцев, но и всех других тюркизированных граждан Золотой Орды. Едигей, видимо, хотел предотвратить уменьшение численной силы тюрков как основы Золотой Орды. В результате этой политики количество рабов, поставляемых в Сирию и Египет из Золотой Орды, резко сократилось. Позже такая торговля возродилась, но продавали уже не тюркских детей, а черкесских [26].

Раздраженный опекой Едигея, хан Шадибек пытался установить свою власть. На самом деле, в Орде росла оппозиция политике Едигея в отношении централизации и повышения налогов. Особенно, по-видимому, негодовали работорговцы, сотрудничающие с Египтом. Шадибек попытался избавиться от Едигея, возглавив оппозиционное движение. В Орде началась короткая, но яростная гражданская война. Едигей нанес противникам поражение и посадил на трон нового хана, Пулада (в русских летописях именуемого Булат-Салтаном). Шадибек бежал в Астрахань [22].

Марионеточный хан Булат-Салтан умер в 1410 году, ему наследовал, с согласия Едигея, сын Тимур-Кутлуга Тимур-Хан. Чтобы упрочить свое влияние на нового хана, Едигей отдал ему в жены одну из своих дочерей. Но в течение нескольких месяцев Тимур-Хан повернулся против своего тестя. Едигей был побежден и бежал в Хорезм (1411 год). Тимур-Хан не получил, однако, выгоды от своей победы, поскольку его самого скоро сместил сын Тохтамыша Джалал ад-Дин.

Драматическая судьба Едигея сделала его любимым героем тюркской эпической поэзии, особенно эпоса его собственного народа, ногайцев. Тогда как многие современники страдали от его жажды власти, ногайские поэты видели в нем доблестного князя степей и превозносили его за отвагу и рыцарство [27].

После Джалал ад-Дина в Орде правили Пулад 2-й раз, Тимур, сын Тимур-Кутлу. На короткое время правление вернулось к Джелал ад-Дину 2-й раз. Среди ордынских ханов упоминаются также Керим-Берды, Кепек, Чекри (Чегре, Чингиз-оглан), Джаббар-Берды (Еримберды, Яримфердеи) и Дервиш (Дариуш). Новая усобица разваливала территориальную целостность Золотой Орды.

Хан Улу-Мухаммед (Большой Мухаммед), пришёл к власти в Золотой Орде в 1419 году, победив в вооружённой борьбе Барак-оглана (Мухаммед-Борак). Молодой хан Улу-Мухаммед (Улуг Мухаммад), сын Хасана-оглана, сына Джансы, сына Туляк-Тимура, сына Кунчека, сына Сарыча, сына Урунг-Тимура, сына Тука-Тимура, был чингизид. В 1421-1422 годы атакуемый несколькими соперниками хан Золотой Орды Улу-Мухаммед (1419-1421 гг., 1421-1422 гг.) теряет власть в Восточной Орде, затем на несколько месяцев от него уходит власть и в Западной Орде.

Золотая Орда при хане Улу-Мухаммеде окончательно разделяется на Западную Орду и Восточную Орду (бывшая Кок-Орда). Хан Улу-Мухаммед лишается азиатских территорий и Булгара на среднем Итиле (Волге). Власть от хана Улу-Мухаммеда в Западной Орде переходит к хану Бараку (1422-1423 гг.), поэтому Улу-Мухаммед в целях безопасности с семьёй вынужден эмигрировать в Великое княжество Литовское.

В 1426 году, из состава Золотой Орды, выделилось, как самостоятельное государство Ногайская Орда. Таким образом, развал Золотой Орды совершился.

На общеордынском престоле умершего хана Даулет-Берди сменил хан Улу-Мухаммед (1427-1429 гг.). Это было уже четвёртое правление хана Улу-Мухаммеда. Борьбу за власть с ханом Западной Орды Улу-Мухаммедом повёл Кичи-Мухаммед. Новый сильный соперник хана Улу-Мухаммеда султан Кичи-Мухаммед изгоняет хана Улу-Мухаммеда из Хаджи-Тархана. С 1429 года хан Улу-Мухаммед правит только из Сарай-ал-Махруса. Ближайшим окружением хана Улу-Мухаммеда становится клан беклярбеков Ширинов, которых изгнал из Хаджи-Тархана хан Кичи-Мухаммед. В 1431 году политическая власть в Западной Орде поделена между ханом Улу-Мухаммедом, сидящем в Сарае-ал-Махрусе, ханом Кичи-Мухаммедом, сидящем в Хаджи-Тархане, ханом Хаджи-Гиреем, сидящем в Крыму. Существовали также небольшие ордынские группировки, которые предпочитали признать сюзеренитет великого литовского князя, чем соперничающих ханов.

В зиму 1436-1437 года хан Западной Орды Улу-Мухаммед был изгнан своими соперниками из столицы Золотой Орды, Сарая-ал-Махруса. На недолгое время ему удалось обосноваться в Крыму. Хан Улу-Мухаммед двинулся к Волге и обосновался на северной территории бывшей Волжской Булгарии, входящей с 1236 году в состав Улуса Джучи. Улу-Мухаммед выбрал столицей своего улуса город Казан (Казань), носивший и второе название - Булгараль Джадид, то есть Новый Булгар. В 1438 году только что образованное на ордынских землях новое территориальное образование – Казанское ханство Улу-Мухаммеда выходит из состава Золотой Орды [28].

6. Орда Саид-Ахмада, 1438-1450 гг.

В середине XV века на западе евразийских степей возникло раннегосударственное образование, которое на время стало самым могущественным среди «постордынских» юртов. Его возглавлял хан Саид-Ахмад. Его владения находились близко к московским и литовским землям, что сделало дипломатов и хронистов хорошо осведомленными о них. Поэтому в историографии его Орда получила особое внимание.

Саид-Ахмада называют «фактическим хозяином Дешт-Кипчака» в 1440–1450-х годах. Отмечают, что его Орда в тот период была самым крупным и сильным объединением среди наследников Золотой Орды.

В 1434 году Москва узнала о Саид-Ахмаде, который основал свое государство «над многочисленными степными ордами, между Днепром и Доном». Это лишь одно из упоминаний о его владениях в исторических источниках. Его история была полна конфликтов с соседями, но источники о ней фрагментарны. Поэтому точное местоположение его Орды определить сложно. Разные исследователи помещают ее не только между Днепром и Доном, но и приписывают Саид-Ахмаду власть над всем степным Причерноморьем. 

Наиболее обширные владения для этой Орды описал Н.М. Карамзин: «...в степях между Бузулуком и Синим (или Аральским) морем, отчасти же между Черным морем и рекой Кубой». Некоторое время Саид-Ахмад также управлял Крымом.

В эпоху распада Джучиева улуса, когда политическая ситуация была нестабильной, границы кочевых владений оставались неопределенными. Вероятно, ядром Орды был район, который на востоке граничил с Доном, на западе – с Днепром, на юге – с Перекопским перешейком, а на севере – с левыми притоками Дона и, возможно, Окой, дальше которой начинались земли Московского княжества.

Саид-Ахмад, поддерживаемый литовскими покровителями, появился в степях в начале 1430-х годов. В то время в Сарае правил Улуг-Мухаммед, который также когда-то получал помощь от Вильны, но позже их отношения ухудшились. Высокопоставленный ордынский вельможа Хайдар, поссорившийся с Улуг-Мухаммедом, перешел на сторону Саид-Ахмада и предложил ему захватить богатый Крымский вилайет. В 1443 году Саид-Ахмад был провозглашен ханом в Крыму – уже в татарской среде, что подтвердило его инвеституру от Свидригайла.

Царевич Хаджи-Гирей, живший в Крыму, боялся расправы от нового правителя и бежал в Польско-Литовское государство. Крымско-татарские беки из родов ширинов и барынов не могли терпеть власть Саид-Ахмада и его советника из рода кунгратов. Они обратились к королю Казимиру IV с просьбой о помощи, и тот поддержал их.

Хаджи-Гирея вместе с послами беков-заговорщиков и королевским эмиссаром, маршалком Радзивиллом Остиковичем, отправили в Крым. Там их уже ждали сторонники. Была организована церемония вступления Хаджи-Гирея на престол. Местная знать во главе с предводителем ширинов Тетиной присягнула ему на верность, а Радзивилл от имени Казимира подтвердил его восхождение на трон.

Саид-Ахмад не стал ждать, пока его враги объединятся, и покинул полуостров. В это время умер Хайдар, вдохновитель его кампании в Крыму. Однако хан не мог смириться с потерей богатой провинции и через некоторое время попытался вернуть её.

В 1438 году Улуг-Мухаммед потерял власть, когда с востока пришел Кучук-Мухаммед. В это время Орда Саид-Ахмада значительно усилилась, и новый хан Сарая был вынужден считаться с ней, даже уступив кочевья по Северскому Донцу. В конце 1430-х – начале 1440-х годов в Западном Дешт-и Кипчаке установилось относительное равновесие. Русские князья признавали обоих ханов как «царей». Например, в договоре начала 1440-х годов с Дмитрием Шемякой великий князь Московский Василий Васильевич напоминал, что он отправлял послов к «царям» Кичи-Махмету и Саид-Ахмаду.

Возможно, на некоторых городищах периодически размещалась ханская ставка, где теплилась жизнь, достаточная для выпуска монет. Монеты Саид-Ахмада чеканились на монетных дворах «Орду», «Орду-Базар» и «Бек-Базар», которые трудно связать с конкретными географическими точками.

В Москве с честью принимали послов Саид-Ахмада, считая его законным верховным правителем. Подвластные Москве князья обязаны были участвовать в расходах на содержание прибывших татар.

Конец ханства Саид-Ахмада описан в польских хрониках. В 1452 году татарское войско разорило русские земли Великого княжества Литовского до Львова, захватив множество людей. Казимир приказал срочно собрать войска, но это произошло с опозданием. В литовской части государства существовала сильная оппозиция королю, которая планировала свергнуть его и посадить на престол новогрудского воеводу Мартина Гаштольда. Гаштольд и другой магнат, Ян Монивидович, отправили к Саид-Ахмаду маршалка Радзивилла Остиковича с дарами и предложением напасть на Польшу.

Однако пока Радзивилл был в пути, Хаджи-Гирей внезапно атаковал ставку Саид-Ахмеда в «диких полях» и одержал полную победу.

Лишённый власти хан бежал к Киеву, надеясь на помощь литовских союзников. Но они, опасаясь обвинений в заговоре против короля, арестовали беглеца (предлогом стала драка между киевлянами и татарами) и отправили к Казимиру. Король поселил знатного пленника в Ковенском замке под охраной.

Историк И. Б. Греков датирует разгром Саид-Ахмада крымцами зимой 1455/1456 года. Л. Коланковски также относит это событие к 1455 году. М. Г. Сафаргалиев и А. Ю. Якубовский утверждают, что после поражения Саид-Ахмад сохранил часть власти и подданных. Он скитался по степям, в 1455 году сразился с киевским князем Семеном Олельковичем, потерпел поражение и попал в плен. Сбежав, в 1459 году он привел войско к Оке, в 1460 году подступил к Рязани, а в 1465 году попытался атаковать Москву. После этого, под ударами русских и крымцев, он исчез с исторической сцены.

Однако историки не нашли подтверждений разгрома и плена хана после 1452 года. Они связывают с ним набеги на московские и литовские земли в 1455, 1459, 1460 годах и другие периоды, возможно, на основании упоминаний в летописях о «татарах Седи-Ахматовых». В.В. Вельяминов-Зернов справедливо отметил, что татары, подчинявшиеся Саид-Ахмаду, и после его ухода в Литву продолжали называться так в летописях по старой памяти. Можно предположить, что многие из этих татар, оставшись без лидера и не желая подчиняться победителям, предпочли свободу и присоединились к формирующемуся казачеству [29].

7. Окончательное закрепление края за Крымским ханством

Точную дату исчезновения Большой Орды как государства установить сложно. Русское научно-историческое общество считает, что это произошло в 1480 году после «стояния на реке Угра», когда хан Ахмед отступил без боя [30].

Западные историки полагают, что последним ханом был Шейх-Ахмед, чья армия потерпела поражение от Менгли-Гирея, крымского хана, в 1502 году. 

Невозможно однозначно сказать, кто нанес решающий удар: русские в 1480 году или крымские татары в 1502. Падение Большой Орды стало результатом множества факторов, включая эти события и другие важные обстоятельства [30].

В августе 1449 года после долгих сражений и интриг Хаджи-Гирей, брат Давлет-Берды, взял власть в Крыму и навсегда изгнал Сайид-Ахмеда, хана Большой Орды. Этот момент принято считать началом независимого Крымского ханства. [31].

После смерти Кичи Мухаммеда борьба за власть в Большой Орде вспыхнула между его сыновьями: Махмудом и Ахмедом. Победу одержал Махмуд. В 1465 году он собрал большое войско и отправился в поход.

В августе 1465 года орда Махмуда расположилась на Дону. Отсюда открывались пути на Московию, литовскую Украину и Крым.

Хаджи Герай понял, что настал его час. Его разведчики внимательно следили за передвижениями ордынцев, и он, собрав мощное войско, нанес первый удар. Махмуд был побежден, и эта победа имела огромное значение. Крымский правитель одержал верх над Сарайским ханом и фактически захватил престол всего Улуса Бату. Шатёр верховного правителя, хакана – хана над ханами, оказался в его руках [32].   

Почти сорок лет Хаджи Герай шел к этому успеху. Но насладиться его плодами, ему не было суждено. В 1466 году, всего через год после триумфа, Хаджи Герай умер. Есть версии, что его отравили. Кто отравитель? Тайна остается нераскрытой. Она хранится в мавзолее на территории Зынджырлы медресе [33].

После  относительно  короткого  периода,  старший  сын  Хаджи-Гирея,  Нур-Девлет,  захватил власть на два года. В 1468 году другой сын Хаджи-Гирея, Менгли-Гирей, вступил на престол и занял господствующее положение на политической сцене на следующие полвека с перерывом в четыре года, с 1474 по 1478 годы [30].

В 1465 году политическая ситуация изменилась и в Большой Орде. Хан Ахмед свергнул своего брата Махмуда с престола. Его правление (1465–1481) стало предвестником конца Большой Орды. Махмуд переехал в Астрахань и основал там новую династию. Когда Астрахань и её окрестности отделились, Большая Орда утратила свои восточные земли. Эти регионы ранее поддерживали тесные связи с Ордой, хотя они проявлялись в основном через междоусобные войны между Ахмедом и Махмудом, а также их потомками.

Зимой и весной 1502 года Шейх-Ахмед шел вдоль  левого  берега  Днепра,  напрасно  ожидая  литовско-польской  помощи.  Он  отчаянно  умолял Александра прислать ему войска, в противном случае ему пришлось бы встретиться  лицом к лицу с двумя врагами одновременно. Последний хан Большой Орды писал: «Мендли Кгерей здавна нам непрыятел, Иван сильный непрыятель. У Днепра, на той стороне, стоим, на тых мест на конь бы есте войском ужели a борзо б есте прыехали. Ино тых дву  неприятелей одно будем воевати. А естли не прыидете, тогды межы дву воин не могу поседети» [34].

Зима выдалась очень холодной и суровой, и возникла серьезная проблемы обеспечения войск. Шейх-Ахмед подчеркивавет: «Зима тверда стала, снег велик напал, люди ходити не могли, слуги и влуси далеко стали» [35].

Войска начали покидать его, укрываясь у крымского хана, но самым большим  ударом  для  него  оказался  неожиданный  уход  его  жены  и  семьи,  на  которых  повлиял Менгли-Гирей. Матвей Меховский упоминает: «Жена его, не вытерпев холода и голода, по тайному зову императора Перекопского, бежала в Перекоп от мужа своего Шиахмета с большой частью войска» [36].

Это событие в 1502 году может считаться бесспорным закатом Большой Орды, хотя это еще не было концом самого Шейх-Ахмеда. Менгли-Гирей с гордостью сообщил о поражении Шейх-Ахмеда, своему союзнику, московскому великому князю Ивану III: «И ты бы, брат мой, то доброе наше дело и те добрые наши вести слышал, велел бы если был и обрадовался» [37].

Своему врагу, королю Александру, Менгли-Гирей написал: «Хвала Богу, на непрыятеля своего, на Шыг Ахмата царя, пришод со многим воиском, Шы Ахмата цара прогнал, цара отца столец взял, и вси люди Бог нам дал» [38].

Исчезновение Большой Орды с политической арены в начале 1500 года было по-разному оценено потомками. Различные группы татар: из Казани, Астрахани, Касимова, Сибири и Крыма никогда не жаловались на исчезновение Большой Орды, так как в их сознании она сохранилась в лице их собственных государств. Татары Казанского, Астраханского и Крымского ханств были одинаково убеждены, что они были законными наследниками Чингизидов, и в том, что все они находились под властью династии Чингизидов, все они были правы. Наиболее подходящей оценкой, кажется, была та, что дана Лесли Коллинзом, утверждавшим, что Большая Орда «не была уничтожена, а была заново унаследована» именно Крымским ханством [39]. 

С исчезновением Большой Орды, наследие Улуса Джучи было на самом деле передано  Крыму,  хотя  другие  татарские  государства (улусы)  как  Казань,  Касимов,  Сибирь  и  Астрахань имели одинаковые основания считать себя настоящими наследниками Золотой Орды. Тем не менее, Крымское  ханство  имело  самый  внушительный  довод  выражать  свои  требования,  поскольку  оно появилось в качестве нового татарского государства в борьбе с Большой Ордой.

Это не случайно, что крымские ханы определили и считали себя правителями «Великого Улуса» (Улуг Улус) или «Великой Орды» (Улуг Орда). Эти термины используются в оригиналах официальных татарских документов первым крымским ханом Хаджи-Гиреем, уже в 1453 году, и впоследствии другими ханами.

Так, ярлык Крымского хана Менгли-Гирея Литовскому великому князю Сигизмунду после упоминания Бога начинается со слов: «Великой Орды великого царя Менгли-Гирея слово…». Крымское ханство он называет «великим улусом». [40, с. 4].

Источники и литература:

1. «Золотая Орда и её падение», Греков Б.Д, Якубовский А.Ю. Академия наук СССР. 1950. 

2. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды... / [Соч.] В. Тизенгаузена. Т. 1-. Извлечения из сочинений арабских / 23. – Санкт-Петербург : изд. на иждивение гр. С.Г. Строганова, 1884.

3. Патканов К.П. История монголов по армянским источникам. Вып.2. – СПб, 1874.

4. Указатель к первым восьми томам Полного собрания русских летописей, изданных Императорской Археографической комиссией. Отдел второй. Географический указатель (А-Фета). 1907.

5. Почекаев Р. Ю. Цари ордынские. Биографии ханов и правителей Золотой Орды – Санкт-Петербург : Евразия, 2010. – 408 с.

6. Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука / Ред., вступ. ст. и прим. Н.П. Шастиной. М.: Государственное издательство географической литературы, 1957.

7. Почекаев Р. Ю. Батый: Хан, который не был ханом. — М.—СПб.: АСТ, Евразия, 2007. — 350 с.

8. Смолий В.А. (ред.) История Украины Научно-популярные очерки. — М.: ОЛМА Медиа Групп, 2008.

9. URL: https://en.wikipedia.org/wiki/Nogai_Khan (дата обращения: 15.10.2025).

10. URL: https://e-history.kz/ru/news/show/4213 (дата обращения: 15.10.2025).

11. Масловский А. Н. Азак и его округа впервые десятилетия их существования. Проблемы  зарождения и роста золотоордынских городов. Археология евразийских степей, №4, 2018.

12. Коновалова И. Г. Восточная Европа в сочинениях арабских географов XIII–XIV вв.: текст, перевод, комментарий. М.: Восточная литература, 2009. 223 с.

13. Кавказ: европейские дневники XIII-XVIII веков. Нальчик. Издательство М. и В. Котляровых. 2010.

14. URL: https://azovmuseum.ru/news/interesno-znat/zabytyy-gorod/13552.html (дата обращения: 15.10.25).

15. Крамаровский М. Г. Человек средневековой улицы. Золотая Орда. Византия. Италия. СПб.: Евразия, 2012. 496 с.

16.Григорьев А. П., Фролова О. Б. Географическое описание Золотой Орды в Энциклопедии ал-Калкашанди // Тюркологический сборник 2001: Золотая Орда и ее наследие. М.: Восточная литература, 2002. С. 261–302.

17. Карпов С.П. Греки и латиняне в венецианской Тане (середина XIV – середина XV вв.) // Причерноморье в Средние века. Вып. 7. СПб.: Алетейя, 2009.С. 164–173.

18. Библиотека литературы Древней Руси / РАН. Ин-т рус. лит. (Пушкинский дом) ; под. ред. Д.С. Лихачева и др. - Санкт-Петербург : Наука, 1997-. / Т. 6: XIV- середина XV века. - 1999. - 583 с.

19. URL: https://vostlit.info/Texts/rus3/Serefeddin_2/frametext6.htm (дата обращения: 15.10.2025).

20. Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды. М.: Наука, 1985. - 248 с.

21. Вернадский Г. В.. Монголы и Русь. М.: ЛЕАН, Аграф, 2004 г.

22. Тизенгаузен, 2, 125.

23. Барбашев  А., Витовт I (С.-Петербург, 1885), 95; 

24. Никон, II, 174-175.

25. О последних годах Тохтамыша см. ЗО, cc. 383-384.

26. Poliak, «Caractere colonial», pp. 241-242.

27. Бартольд «Едигей», с. 18.

28. URL: https://dzen.ru/a/YQZ_65Bt8D2pbkHy (дата обращения: 15.10.2025).

29. Трепавлов В. В. Степные империи Евразии: монголы и татары / В. В. Трепавлов. - М.: Квадрига, 2015. - 368 с.

30. Вашари И. Крымское ханство и Большая Орда (1440–1500 годы). Борьба за первенство // Средневековые тюрко-татарские государства. Загидуллин И.К. (ред.). Казань: Институт истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан, 2013. Вып. 5. С. 11–19.

31. Ludwik Kolankowski. Dzieje Wielkiego Księstwa Litewskiego za Jagiellonуw. Warszawа, 1930, vol. 1, p. 264–266.

32. Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской порты до начала XVIII века. М., 2005 [СПб., 1887], с. 244.

33. URL: https://dzen.ru/a/Xr-kGsQZBkuyTcAu (дата обращения: 15.10.2025).

34. Lietuvos metrika 5, p. 178.

35. Lietuvos metrika 5, p. 178.

36. Mathias de Miechow, De duabus Sarmatiis, Lib. I , tract. I, cap. VIII, in: Матвей Меховский. Указ. соч., с. 65, 146.

37. Карпов Г.Ф., Штендман Г.Ф. Указ. соч, т. 1, с. 420.

38. Lietuvos metrika 5, p. 181.

39. Collins. On the alleged «destruction», p. 399.

40. Акты, относящиеся к истории Западной России, собранные и изданные Археографическою комиссиею. СПб.,1848. Т. 2.