Изучение
донскими казаками реки Миус и Крымской стороны
9 ноября 1674 года
царь и великий князь Алексей Михайлович послал на Дон грамоту, в которой в
частности говорилось. И что у вас на Дону будет происходить в будущем?
Расскажите, какие действия предпринимает наш атаман Михаил Самаренин и казаки
против неприятелей на море и на суше. Также сообщите, что сказали пленные,
взятые Михаилом Самарениным. В своих письмах к нам, великому государю, вы
должны предоставлять точную информацию.
Вместе с Михаилом
Самарениным и казаками, которые будут с ним в станице, отправьте знающих людей,
чтобы они выяснили, откуда берёт начало река Миюс, насколько далеко её верховья
от Тора и Донца. Также узнайте, есть ли на реке леса и пригоден ли камень для
строительства города. Важно выяснить, находятся ли эти ресурсы далеко от устья
реки, где она впадает в море.
Также необходимо
определить, можно ли построить город на её устье, и какой тип города будет
оптимальным – каменный, деревянный или земляной. С этой нашей грамотой к вам отправлен
атаман Иван Харитонов и другие ваши станичники [1, с. 87].
27 декабря 1674
года к великому государю прибыли атаман Михайло Самаренин и есаул Леонтей
Петров с товарищами. Они обратились с просьбой о годовом жаловании для донских
атаманов и казаков. По указу великого государя, бояре призвали их и обсудили
различные планы по борьбе с неприятелем. Особое внимание было уделено строительству
города на Миюсе. Атаман и есаул высказали мнение, что город на устье Миюса
необходим, так как он будет препятствовать проходу судов в Азов. Их слова были
услышаны стольником и воеводой князем Петром Ивановичем Хованским и думным
дворянином Яковом Тимофеевичем Хитрово. Они признали, что идея строительства
города на Миюсе имеет смысл, и что это может принести вред Азову [1, с. 92].
Из царской грамоты
от 20 октября 1675 года мы узнаём, что стольник и воевода князь Пётр Иванович Хованский
вместе с думным дворянином Яковом Тимофеевичем Хитрово и другими военными
прибыли на Дон, в Черкасский городок. Они объявили казакам указ великого
государя о строительстве городка на Миюсе для устрашения врагов – турок и
крымских татар, а также для оказания давления на жителей Азова.
Казаки ответили,
что на Миюсе не место для города, так как он не будет мешать азовским пришлым
людям и морским кораблям, не сможет обеспечить надёжную защиту, и к тому же
удалён от источников воды и дров. Кроме того, они отметили, что от строительства
города не будет никакой выгоды для великого государя.
Тем не менее, они
решили отправить своих казаков со стольником и воеводой для осмотра местности
на Миюсе [1, с. 92].
В ответ на это
царь выразил своё недовольство в грамоте. Он указал, что казачьи отряды,
отправленные на Миус, выполняли лишь функции указания пути, и не сделали прямую
работу. Это было воспринято как неудовлетворительное выполнение своих обязанностей.
Царь призвал донских атаманов и казаков тщательно следовать предыдущему указу о
строительстве города на Миусском устье. Он также распорядился, чтобы стольник и
воевода отправил из войска Донского на это место столько казаков, сколько
возможно, для защиты от возможных нападений противника. Город должен быть
построен на самых надёжных и подходящих участках Миуса, чтобы создать угрозу
для Азова, а также для турецких и крымских войск [1, с. 92].
4
ноября 1675 года донские казаки вместе со своим станичным атаманом Фомой Савостьяновым
и другими ответили царю. Они сообщили, что по указу царя были отправлены вместе
со стольником и воеводой князем Петром Хованским для осмотра миусских мест, где
можно было бы построить город. Однако после осмотра Петр Хованский решил не
строить город, так как посчитал, что в тех местах для этого нет подходящих
условий из-за удалённости леса [1, с. 93].
Строительство города на Миусе отложили на 20 лет.
Вместе с тем донские
казаки поняли, что царские власти серьезно занялись изучением Примиусья, и,
чтобы не ударить лицом в грязь, они принялись тщательно обследовать свои земли.
Они знали, что в Москве дьяки путают реки Миус с Кальмиусом, о некоторых реках
не знают вообще. Приморская дорога от Азова до Перекопа московским купцам совсем
не известна, так как они ею не пользовались.
Азовские походы Петра Великого показали, что со своей задачей по исследованию Крымской стороны донские казаки хорошо справились, о чём свидетельствует «Статейный список похода в Азов боярина и воеводы Алексея Семеновича Шеина».
Выписка из списка:
«Мая в 19 день переправясь Митякин
колодезь и отшед с версту переправились Грачев колодезь и пришли на Ольховской
колодезь и кормили, а переходу верст з 12, и покормя переправливались на гатях
и шли песками верст з 10 и начевали близко лесу.
Мая в 20 день пришли на Северный
Донец, а переходу 5 верст, а шли песками не выпрягая лошадей, переправливались
чрез мост которой уготован был для приходу ратных Ево Великаго Государя людей в
одном месте, а шли вначале стрелецкие полки с правой руки столник и полковник
Иван Конищев, да Дмитрей Воронцов, а с левой стороны мало измешкав
переправился, в скоростиж, с полком полковник Иван Озеров, да Мартемьян
Сухарев, а после их государева казна, а после изволил переправиться боярин и
воевода Алексей Семенович Шеин с обозы своими рано, и 27 [?] числа перебирались
день и ночь непрестанно.
Мая в 21 день передняя стена и
боярский обоз подвинулись с полверсты от Донца и стала передняя стена по
прежнему, устроясь обозным четверугольным ополчением, и стояли на том месте до
23 числа на оном же месте, и по изволению воеводскому и церковь была
поставлена, а шатер государев поставлен же был, а поставили мая в 22 день;
а донские козаки и татаровя и колмыки, атаман казачьей Лукьян Максимов да
колмытцкой мурза Адигилей встретили боярина и воеводу Алексея Семеновича на
Северском Донце, а стретили на Валуйской стороне версты от Донца Северскаго за
4, а коши их стояли на Азовской стороне Донца, и боярин и воевода изволил
отпустить в Черкасской наперед себя мая в 22 день, а приказал им итти у себя в
полку казаком и татаровям и колмыком 30 человеком; да ониж донские казаки
привезли к боярину в полк языка Ахреяна, а на стрече всех было казаков и
юртовых донских тотаровей и колмык 300 человек.
А мая в 23 день, на Тройцын день,
перешли от Донца после обеда до р. Малой Каменки и перебрався начевали, а переходу
верст с 7; дров и воды было довольно.
Мая в 24 день перешед до Большия
лихия Каменки реки и стояли, а шли по каменью. Да тогож дни обходили колодезь
Свиной и Сраной, а переходу до лихия Каменки реки верст з 20, и покормя
перебрався чрез реку начевали отшед с версту; дровами и водою было довольно. Да
тогож числа приказал боярин и воевода ратным людям, чтобы лошадям не начевать в
степи, а быть ночью в обозе, а ездили с тою ведомостью по ротам к ротмистрам
асаулы.
А мая в 25 день обшед Говецкой
колодезь и пришли на р. Кондрючь и перебирались весь день; а боярин перебрався
стоял на берегу реки в крепком месте, меж гор каменных и реки, а не в черте, а
обоз ставился на горе, а переходу верст с 15, а к вечеру отошли версты з две,
пришед в обоз начевали, для того что переправа лихая, что и пехотные полки перебрались
не вскоре, и чтоб того числа перебралися все, а начевали на степи.
Мая в 26 день отшед от речки
Кундрюча пять верст и поворотили на право, з Донской с Черкасской дороги,
недошед до вершины речки Аксаю, которое место пошла из Дону за 40 верст, и шли
степью, гребнем под Азов к Каланчам, а шли от Черкасской дороги 15 верст и
стояли и кормили коней; дрова были терновые с нуждою, а вода была подалеку и та
с нуждою и не всем; и покормя шли 5 верст и начевали у речки Катлому вершине;
дров небыло а вода была с нуждою.
Мая в 27 день пришли на речку
Грушевку и стояли, а переходу верст з 20, а к вечеру перебрався речку по
енаралским гатям Петра Ив. Гордона, и вновь прибавя, без мешкоты, и отошли з 10
верст и начевали на Отнохине речки Тузлова и на вершинах речки Темерника; вода
была в левой стороне с полверсты, дрова в левой же стороне скудные, терновник
же.
В 28 день мая, переправяся речку
Отнохину шли 5 верст к реке Несвитаю, и стояли и кормили коней, и стояв
переправливались Несвитай по гатям, с трудностию; а дровами на сей речке доволно.
А отшед с верству от р. Несвитая переправливались реку Тузлов, на гатях, с
трудностию, и переправясь начевали поднявся на гору с полверсты; дровами было
доволно. Да на той же речке донские казаки из Черкасскаго и из иных городков
приезждяли в лотках с харчами со всякими, и с пивом и с медом и с вином для
продажи, а продавали среднею ценою.
Мая в 29-й день пришли на р.
Темерник и стояли, а переходу верст з 20 с 5, или болше, и покормя
переправливались на гатях без трудности, и переправясь стали на ней же и начевали;
дровами было скудно а вода была изрядная.
Мая в 30-й день пришли на р. Дон и
стали у Мертвово Донца где вышел из Дону, и в том месте из Азова встретил
полуполковник Яков Андреев с.[ын] Дедешин боярина и воеводу Алексея Семеновича,
да с ним же полуполковником присланы были из Азова будары для перевозу Мертвово
Донца, и боярин тогож числа приказал ис тех будар мост навесть через Донец. И
тогож числа два мосты и навели, а приказано было мостовое дело ему полуполковнику
Дедешину, а начали перебираться ночью на Каланчинской остров, а переходу до
Мертвова Донца того числа верст с пять.
Мая в 31-й день перебирались и
перебрався стояли, и после обеда перешли и перебирались за ерик и начевали. А
перебирались ерик по мостам, а переходу верст с пять или с четыре немного
недошед болших курганов что словут «пяти караул»» [2].
Литература:
1. Акты,
относящиеся к истории Войска Донского, собранные генерал-майором А.А. Лишиным /
Изд. Обл. правл. Войска Дон. под ред. А.А. Карасева и Х.И. Попова. Т. 1-3. Т.
1. – Новочеркасск, 1891.
2. Статейный
список похода в Азов боярина и воеводы Алексея Семеновича Шеина, в 1697 году //
Записки Одесского общества истории и древностей, Том VII. 1868.
